Максуд Ибрагимбеков. Официальный вебсайт

ПРЕДИСЛОВИЕ

Немного есть книг в азербайджанской литературе, о которых можно сказать: без них современная публицисти­ка пошла бы в другом направлении. Уверена, что книга «Фрагменты» – одна из них. Фактически это достоверные фрагменты новейшей истории независимой Азербайджанской Республики (1989–2005 г.г.) Но сначала об ее авторе.

КТО? Максуд Мамед Ибрагим оглу Ибрагимбеков. Народный писатель Азербайджана. Родился 11 мая 1935 года в Баку.

В плеяде поколения 60-х Максуд Ибрагимбеков был звездой первой величины. Его романы и повести: «И не было лучше брата», «Кто поедет в Трускавец», «Пусть он останется с нами», «За все хорошее – смерть» и др. выходили в журналах «Новый мир», «Юность», «Дружба наро­дов», «Литературный Азербайджан», а также отдельными изданиями в стране и за рубежом. Доброта, ум, абсолютная правдивость делали его для нашего поколения самым на­дежным проводником в нравственной неразберихе того времени. Мы жили, окруженные атмосферой его прозы, его мысли, и проникались его творениями, может быть, больше, чем каким бы то ни было из других писателей.

ОСОБЫЕ ПРИМЕТЫ. У Максуда открытый взгляд, очки, хорошие манеры и воздушная легкость слога, ведь говорит он на своем особом языке. «Статья, поэма, интервью: диссертация, ария Каварадосси или кружка пива – все это внешне, особенно на ощупь, хотя и очень похожие, но все же разные вещи». Или: «Баку плохо приспособлен для хранения тайн. Самые жгучие секреты распространяются в течение двух-трех часов. Без Интернета, факса и телевиде­ния. Привычные средства передачи информации – предут­ренний хаш, совместный утренний бег трусцой, обеденный перерыв, поминки, свадьбы, бани, иногда, в экстренных случаях и в виде исключения, – телефон».

Его стиль покоряет. Серьезные критики находят его блестящим, многообразным и гармоничным. Прозу –живописной. Фразу – музыкальной. Место каждого слова, выбор ритма – абсолютно точными. Его метафоры – укра­шение нашей литературы. Максуд знает опьянение словом. Его проза кипит веселостью и остроумием. Полюбуйтесь, какая непринужденность царит даже в его публицистике. «Полноправное членство Азербайджана в Совете Европы –это гораздо больше, чем «окно в Европу», это особняк с парадным входом и окнами, расположенными по адресу: Проспект Европы, 43, в самом красивом и оживленном районе планеты» («Особняк с окнами на проспект Евро­пы»); «Ценный опыт бархатной революции в Грузии сле­дует использовать в некоторых других заинтересованных странах, непременно внести в уголовные кодексы, напри­мер Швейцарии или Норвегии, такие новые статьи, как «бархатное изнасилование» или «ограбление со взломом с розой в руке». Эти новшества будут способствовать развитию демократии в этих странах до умопомрачительного совершенства» («Нам не страшен серый волк»).

ТЕАТР. Мы гордились тем, что его пьесы – «Ме­зозойская история», «За все хорошее – смерть», «Мужчина для молодой женщины» – с успехом шли на сценах 43-х рос­сийских и азербайджанских театров. Мы радовались за драматурга и артистов, которые в 2003 году поставили на сцене Бакинского драматического театра блестящий новый спектакль по пьесе «Нефтяной бум улыбается всем». В общем, к 70-летию Максуд Мамедович блестяще прошел аттестационную комиссию для великих писателей. Он один из немногих творцов нашего времени, кто похож на себя в своих произведениях, кто равен своим замечатель­ным произведениям. Строитель, путешественник, публи­цист, депутат Национального Собрания, президент ПЕН-клуба в Азербайджане, глава Дворянского Собрания стра­ны. Он описывает жизнь, находясь в ее гуще, с близкого расстояния изучает правителей и оппозицию, политику и законы. Он вмешивается в мир и войну, подписывает обращения и протоколы, присутствует на конференциях и конгрессах за рубежом, заседаниях Национального Собра­ния и Дворянского Собрания страны, которое он реаними­ровал, участвует в восстановлении государства. И всегда пишет, а после развала СССР – и публицистические произ­ведения.

Книга «Фрагменты» как раз и вобрала в себя статьи, написанные в этом жанре.

Триумф его мысли в том, что он прозорливее, чем кто-либо другой из современников, предсказывает будущее. В статье «Завтра будет поздно» он с болью и яростью заявлял: «Достижение цели любыми средствами при всех обстоятельствах порочно... и не выгодно. Положение в стране (имеется в виду СССР) чрезвычайно серьезное. Если в ближайшее время посредством самых решительных мер правительства правопорядок в Нагорном Карабахе не будет восстановлен, то в будущем эта «местная» проблема перерастет в гражданскую войну, которая, подобно цепной реакции, может охватить всю страну со всеми вытекающими из этого последствиями». К этой фразе примыкают и следующие строки: «У нас мало времени. Правопорядок в стране в опасности. Надо действовать. Завтра будет позд­но». Этот пророческий отрывок написал человек без иллю­зий, сумевший подняться над событиями своего времени, чтобы окинуть взглядом необъятный пейзаж державы. Сигнал бедствия прозвучал в 1989 году, но не был услы­шан. Наступило завтра. И было поздно что-то менять. Держава погибла. Нужно было пережить войну и импе­рию, чтобы понять, как прав был Максуд Ибрагимбеков.

Эта странная, необъявленная война была для писателя пробным камнем. Дело не только в том, что война са­ма по себе для него ненавистна. Он рассматривал ее как провокацию между народами. Он признает, что нам не остается ничего, кроме как бороться за родину. Наш долг ясен: защищать свои земли и очаги. Но какими способами? Си­туация ставит перед выбором. Как примирить любовь к родине и гибель тысячи и тысячи молодых азербайджанцев, которых с великой отвагой посылают на смерть ора­торы, которые сами ничем не рискуют. С каким гневом он пишет об этих лжепатриотах: «Армия рвется в бой! Пушки заряжены!.. Как взбудоражилась наша околополитическая шпана, такой ажиотаж наблюдается, когда они получают уж очень хорошие денежки. Никогда не думал, что у нас столько воинственных сограждан. Где они раньше были, во время войны? А у вас не возникло ощущение, что эта за­мечательная идея освободить захваченные земли огнем и мечом подброшена кем-то со стороны? На наших глазах готовится страшная провокация, последствия которой бу­дут необратимы».

В «народных» митингах 90-х он увидел не только политическую анархию, но и смятение умов, то, что на развалины прошлого поднимаются пигмеи и провозглашают себя гигантами. Его потрясает сцена, которую он увидел на митинге Свободы. Один из ораторов сказал в микрофон: «Сейчас мы проверим, кто здесь на площади настоящий гражданин, а кто – затаившийся враг. По моей команде «садись» все должны присесть и сидеть до коман­ды «встать». Кто не присядет, тот армянин. Произошло невозможное: мужчины и женщины, пожилые и молодые, одновременно сотни тысяч человек по издевательской ко­манде стали приседать и вставать... Около миллиона чело­век. Это уже не толпа, это народ. Наш зомбированный на­род. Что с ним сделали эти негодяи» («Сезон саранчи»).

Максуд Ибрагимбеков обращается с темами на манер музыканта. Какая-нибудь идея, будучи изложена, затем разрабатывается во всех тональностях, на многих инструментах. Он не боится повторять свою мысль до тех пор, пока не вобьет ее в головы. Вы слышите его непринужденную речь: он не пишет, а беседует. «Что ж получает­ся, господа-демократы? Или не демократы?»

К теме пигмеев писатель возвращается не раз. «Пигмеистов, или сокращенно пигов, очень редко уважают жены, презирают соседи и официанты. Сжигаемые изнутри тщеславием, завистью и ненавистью к преуспевающим на их взгляд людям, пиги кусают их. Очень заманчивым в их среде считается укусить президента страны» («Передается по наследству»).

ОППОНЕНТЫ. К публицистике он обращается в двух конкретных случаях: первый – если задето достоинст­во страны, второй – если оскорбляют лично его. Здесь он беспощаден к своим оппонентам. А оппонентов он «выби­рает», невзирая на лица и должности. «Южный Кавказ слишком серьезный геополитический объект, чтобы вести себя так неразумно и беспардонно нагло, как ведут себя

здесь некоторые представители ПАСЕ И ОБСЕ. Самодо­вольные проповедники догматических истин со стандарт­ными мозгами, люди, не умеющие или не желающие тол­ком выслушать собеседника. Они не понимают, что, пока на Кавказе не будет восстановлен справедливый мир, не может быть устойчивого мира и в Европе... Господин Гросс решил, что с нашей страной можно не церемониться и что обязательные для межгосударственного общения правила хорошего тона на нее не распространяются. На них надо давить, решил господин Гросс. Тут он ошибся. На нас давить бесполезно. Для Азербайджана давление Андреаса Гросса приблизительно то же самое, что приста­вание вялой осенней мухи для бегуна на длинную дистан­цию. На самом деле господин Гросс вреден не Азербай­джану. Гросс вреден ПАСЕ. Поведение всевозможных Гроссов уже негативно отразилось на репутации этой поначалу уважаемой организации».

НАДЕЖДА. В кратком пересказе идеи перестают быть идеями. Это относится и к идеям книги «Фрагмен­ты», ценность которых не только в событиях, о которых речь, но в притчах, фантазиях, эрудиции, иронии, а они не поддаются комментариям. Не приводя темы книги в сис­тему, я лишь хотела внушить читателю мысль обязательно ее прочесть. И поздравить с тем, что у нас есть писатель такого таланта, масштаба и отваги, который учит нас на­дежде и вере в будущее.

НАДЕЖДА ИСМАЙЛОВА
журнал PASSAGE  № 9, 2005 г.